Поэма 29

«В мире был,
и мир через Него начал быть,
и мир Его не познал».

Иоанн, 1.10

I

Две тысячи с той поры минуло лет,
Как Небо на землю послало Свой Свет.
Звездою ведомы к вертепу земли,
Три мужа в кормушке младенца нашли.

А был еще старец годами томим.
И слово «свершилось» осталось за ним.
Он здесь. И пять тысяч невольно ушли
Невинных младенцев с жестокой земли.

Чтоб Истины Свет на земле не угас,
В слепую исполнился царский указ.
И это свидетельство жизни Его
Сквозь время Евангельским текстом прошло.

А в тексте том есть изреченье одно:
Сколь око не смотрит — не видит оно.
Незримую тайну событья хранят
Открою ее — камни пусть помолчат.

II

Ей, ей, для Любви, чтоб Ей Истинной Быть,
Ей надобно видеть Кого Ей Любить.
А виденье это поЗнанье дает
Оно нас к Источнику Света ведет.

Лишь тот, кто поЗнания Свет увидал,
Тот Знает Отца, как и Я Его Знал.
Не можете видеть Меня одного,
Не Зная Отца, слепо веря в Него.

Кто Истину верою в сердце принял,
Стал мненьем о Ней, но не Ею он стал.
Во множестве мнений все множество вер.
Вражда неизбежна меж ними теперь.

Но истинной вера не будет ничья.
Ее не давал Я, она не Моя.
Кормилицу веру младенцев людей,
Я знал, не найду на земле поздних дней.

Иссякнет любая как млеко в груди
Но УМное Знанье — Оно впереди.
Ему Я победу тогда предвещал,
Когда Его Духом и Истиной звал.

Поклонников новых Отцу соберет.
Не в храм и не в гору, — к Себе призовет.

О, Миссия Света, средь множества свеч,
Гореть не одной, Мне все надо зажечь.
Но ныне, как прежде горю Я один.
УМу неприступен, неисповедим.

Пока еще с вами — берите огня.
Его не таите, в сосуде храня.
Ему отвечают: как можем мы взять,
Не понимаем, что хочешь сказать.

Мы — овцы слепые, мы стадо Твое.
Ты ж Истины Свет, нам ли видеть Его?
На голос Твой и́дем, в Тя́ верим, Тя́ чтим,
И Тя́ ублажаем. А Знать не моги́м

Не Твой ли апостол в посланье сказал,
Что знанье надменных людей пьедестал?
Ты Истина наша, не смеет другой
«Я Знаю Отца» повторить за Тобой.

Где ж Духа томленье, где жажда УМа?
Ее утолять Я им послан сюда.
Им веру на Знающий УМ преложить
И с Богом - Отцом Сыновей примирить.

Но дико ревнует творенье творца
К Сыновьему Знанию Бога - Отца.
К тому же коварны, — того и гляди
Поймают на слове — пощады не жди.

И вот одолела усталость Его.
Хромые, слепые — все ждут одного.
Все ждут исцеленья. О! Сколько их тут!
Но Истины Слова не просят, не ждут.

III

Но, если Истина в поЗнаньи,
То содержательна Она
Последней глубиною Знанья
И это Божья глубина.

В сей мир бессмысленной природы
Чреды рождений и смертей
Я источил Живую Воду.
Ты только припади и пей.

Ее с УМом отождествляем,
Она Себя находит в Нем.
Реальность Мира прозреваем,
И Истиной Ее зовем.

И, Знаем, в Ней не твари — Боги
Мы в Человечестве своем.
Земные не для нас дороги,
Мы в Царство Божие грядем.

Учил Иисус самозабвенно,
Народа тысяч пять собрал,
Ему внимали удивленно —
Он утолял и насыщал.

Тогда Мессию в Нем узнали,
Но захотел лишь одного —
Царем земным иметь Израиль
Царя Небесного Его.

А Он тогда на отдаленном
Генисарета берегу,
Воззрев на небо, молвил: Отче,
Открыть им очи не могу...

О, род Авраамов, мне врученный,
Народом божьим нареченный,
Твой бог — закон, в законе — власть:
Ревнивая, слепая страсть.
Вы ей послушные вполне,
Не в свете ходите — во тьме.

Посланник горнего поЗнанья
В долине слез Он чашу пил.
Смиренно нищету страданья
Бог с человеком разделил.

Вот вы; бесхитростно простые;
И вы, под гнетом жизни сей,
Бросайте бремена чужие,
Мое берите — легче, ей!

Придите страждущие ныне,
Страданья новый вкус узнать:
Как горечь жизненной чужбины
В слезах блаженных растворять.

И вместо Истинного Знанья
Блаженства плач благовестил,
Смиренье, нищету, страданья
В сердцах людских благословил.

И Сам, коленопреклоненно,
Молил Отца, молчал Отец.
Тогда Он на чело смиренно
Терновый принимал венец. 

IV

Заря, что алела надеждою в Нем,
Не стала тем светлым безоблачным днем.
Коль Миссия Света Моя не нужна,
Берите — ядите и пейте Меня.
Творите сие, вспоминая Меня.
Вам тайною буду до судного Дня.

Но не было боле печали чем той,
Что Свет Он уносит из мира с Собой.

ПоЗнанием был этот Свет неземной.
Будил земнородных Он к Жизни иной.
Пришел Он со Мною в Реальность людей.
В Реальность не знающих Правды своей.

Ту правду я Духом и Истиной звал,
К высокому Знанию страстно взывал,
Но зов Мой разбился о медные лбы,
В ответ лишь молчанье глухое, увы!

Религия плоти и крови темна.
Не милость, но жертву возносит она.
Уже Я из Нашего Храма изгнал
Овец, голубей и торговцев - менял.

Их бог всемогущий господь властелин,
Но не Мой он Отец, и не Я его Сын.
Свое представленье о Боге храня,
Хотят уничтожить теперь и Меня.

Молился Иисус, а меж тем на челе
Кровавые капли сбирались земле.
И были те капли предшествием тех,
Что скоро прольются за вся и за всех.

Отец отвечает, Отец не молчит,
И Слово Его в нашей Мысли звучит:
О, Сын Мой, Ты ведаешь Правду Мою.
Тобою Я чувствую, мыслю, Живу.
Триада Твоя — в ней Реальность Моя.
Ты Знаешь, и Слово Твое — это Я.

Не это земное и чуждое Мне
Материей ставшее в падшем УМе.
Тебя Я послал чрез Тебя возвестить,
Какою Реальностью будите Жить.

А Быть для Меня значит Жизнь порождать.
В Ней чувством и Мыслью Себя уЗнавать.
Но злые ехидны, исчадья земли —
Им надобно крови от Бога - Любви.
Что ж, будет им кровь от Божественных ран,
Но большего дать уже нечего Нам.

V

Земля поднялася на Сына Небес
Голгофой горою, в ней яма под крест.
Стоит пред Пилатом. Изъязвлен стоит.
И алчное вкруг любопытство кипит.
Оно собрало их сегодня сюда
Его испытать: не сойдет ли с креста?

Но Мыслью далече земного суда,
Пилатовы речи он слышит едва.
Избит и оплеван пред смертным крестом
В Источнике света Он — в Царстве Своем.

И видит Пилат: перед ним не злодей,
Но странный неведомой Правдой Своей.
Суда отстранясь, между прочим спросил:
«Что Истина есть?». Странный уст не открыл.

Остался в столетиях тайной немой.
Но, Сын ЧелоБожий, — Она за Тобой.
Тому, кто возжаждет, начнет вопрошать,
Тому Ты ответишь — не станешь молчать.

Что должно людей от зверей отличать?
Лишь то, что возможно им Истинно Знать.
Ведь Истина — наша потребность УМа.
Для поиска Бога нам Богом дана.

В обличии Слова здесь с вами была.
Не узнана разУМом, верой вошла.
Но вера лишь отзвук, лишь эхо УМа,
Вторична как отсвет, как в нощи Луна.

Минуют столетья и эхо замрет,
И знанье земное с земли вас сотрет.
Свое же Я нынче с Собой уношу.
Пребудьте в Любви. Все, о чем вас прошу.